July 10th, 2004

Из новомирских рецензий

Хвалят "Лето в Бадене" Леонида Цыпкина. Зонтаг включила книгу "в число самых выдающихся, возвышенных и оригинальных достижений века."
==Но сценарий сей – демонстративное попирание великого ради столь же демонстративного сочувствия к униженным и оскорбленным – слишком прост и безотказен, чтобы с ходу признать шедевральность сочинения Цыпкина. Хоть это и мастерски написанная книга.== http://prev.ej.ru/073/life/litera/03/index.html
Хвалят и поэтов Максима Амелина и Дмитрия Воденникова. Из читанного зацепило только у первого
Ты в землю врастаешь, — я мимо иду,
веселую песенку на ходу
             себе под нос напевая

про то, как — теряя златые листы —
мне кажешься неотразимою ты,
             ни мертвая, ни живая.

Ты помощи просишь, страдания дочь, —
мне нечем тебе, бедняжка, помочь:
             твои предсмертные муки

искусству возвышенному сродни,
хоть невпечатлимы ни в красках они,
             ни в камне, ни в слове, ни в звуке.

Сойдешь на нет, истаешь вот-вот, —
благой не приносящие плод
             пускай не расклеятся почки,

поскольку ты — смоковница та,
которую проклял еще до Христа
             Овидий в раздвоенной строчке.
Более же интересна деталь, что "Конь Горгоны" - это Пегас.
==По авторитетному свидетельству Гесиода, Медуза Горгона была крылата и в коне не нуждалась. Читатель, хоть чуточку заинтересованный в понимании, залезает в мифологический словарь — и выясняет, что речь идет о Пегасе, крылатом коне, возникшем из крови младшей из трех сестер Горгон, Медузы, — после того, как ей отсек голову Персей. Пегас стал запоздалым результатом союза Медузы с богом морей Посейдоном, он использовался олимпийцами в качестве тягловой силы (подвозил Зевсу громы и молнии), а позже был, по свидетельству Пиндара, подарен другому герою, Беллерофонту. Сердцу же всякого поэта крылатый конь мил прежде всего тем, что от удара его копыта в обиталище Муз на горе Геликон забил источник вдохновения Гиппокрена. О том же самом свидетельствуют открывающие книгу эпиграфы из “Метаморфоз” Овидия и Тринадцатой Олимпийской оды Пиндара. При желании подтверждение можно найти в прочих античных источниках: у Аполлодора, Павсания, Гигина и других. Итак, все, кажется, разрешилось ко всеобщему удовольствию и не без пользы для читательской эрудиции. Невинная смысловая инверсия, технически напоминающая скандинавский кённинг, снабдила нас полезной информацией. Конь Горгоны — змееголовой, ужасной, с окаменяющим взглядом — оказался ее посмертным дитятей. Причем дитятей явно “положительным”: возящим героев, крылатым и дарующим вдохновение. ==

Связь ужаса и искусства? Взято из рецензии Куллэ. Но даже одна напомненная строчка Кушнера забивает сразу все экзерсисы, как мне кажется:
Жизнь кончилась, а смерть еще не знает.

СУББОТНИЙ СБОР ЯБЛОК

Длительные попытки уклонения от чтения berezin'а вне рамок LJ закончились.
После хвалебной рецензии про "Тридцать девять сту...", тьфу, слов, под руку подвернулся номер с рассказами кормление старого кота - оттуда более всего понравился рассказ про яблоки, позволивший даже порадоваться над "вымыслом" современной литературы.