August 23rd, 2004

Шестой номер "Иностранки"

Стихи Константина Абэлуце(к сожалению, урезанный вариант) - фраза из предисловия: "...у него прекрасная жена, не мешающая ему быть одиноким, раз это его состояние души".
                                  Картофелина 
                                                        ... И вот, в Христовых муках 
                                                            Лицо картофелины. 
                                                                     Иларие Воронка

Картофелина шла по аллее мучительно
как ходят в ортопедическом башмаке
и когда дошла до стены покраснела
подле нее выросли две собаки
примериваясь зубами с двух сторон обнюхивая
не глядя другу другу в глаза.
Я стоял у окна больницы
из трубы морга шел дым - 
нет никакого смысла нагнетать страсти и я скреб
рукой фаянс умывальника
пока не сломал ноготь и тогда перестал
мне хотелось натянуть на лицо кожуру картофелины 
или обуть ее ортопедический башмак.

                                   Из цикла "Дождевые дни"

Холстинкой рук
ты водишь мне по глазам
звезды то есть то нет на ночном небе
гиена воет далеко хозяин степей отвечает
и так хорошо в хижине нежить волосы
тепловатым маслом
имба-лааа-имбала
с тех пор как мы знаем друг друга
ведерко луны 
было полным иссякло 
и налилось опять
Collapse )

Там же, в шестом номере...

поклонникам Вирджинии Вулф - изумительная вещь "Между актов". ("На маяк" и "Комната Джейкоба" мне понравились гораздо меньше "Миссис Деллоуэй", но эта последняя вещь - снова шедевр).
==Она идет во всей красе… - продекламировал он.
И опять:
Не бродить нам вечер целый
Под луной вдвоем.
Айза подняла голову. От слов разошлись круги, два безупречных круга, и они подхватили их, ее с Хейнзом, и понесли, как двух лебедей вдоль потока. Но его белоснежная грудь была в грязных разводах ряски; а ее перепончатые лапки вязли, их затягивал муж, биржевой маклер. И она качнулась на своем табурете, и черные косы повисли, и тело стало как валик в этом линялом капоте.
Миссис Хейнз учуяла нечто, их замкнувшее кругом, ее выкинувшее вон. Она ждала, как ждут, когда отзвучит орган, чтобы уйти из церкви. В машине, по дороге домой, на розовую виллу в полях, уж она с этим покончит, как дрозд отклевывает бабочке крылья. Десять секунд переждав, поднялась; постояла; потом - будто замер орган - протянула руку миссис Джайлз Оливер.==
==После завтрака няни возят коляски вдоль берега, взад-вперед; возят и разговаривают - они не обмениваются сведениями, не делятся мыслями, они перекатывают слова, как конфетки на языке; и те, истаивая до прозрачности, обнаруживают розовость, зеленость, сладость. Вот и нынче утром: «А повариха-то им насчет спаржи возьми и скажи; она трясет колокольцем, а я: какой костюмчик миленький, и блузочка к нему в самый раз подходит»; они возят колясочки, перекатывают слова, пока разговор со всей неуклонностью не скатится к кавалеру.==
==Все пришло в движенье. Кто сразу вскочил; кто согнувшись нашаривал трость, сумочку, шляпу. Поднимались, оглядывались, а музыка изменилась. Музыка пела: нас разбросало. Она стонала: нас разбросало. Она жалобилась:нас разбросало, когда пошли, яркими пятнами по траве, через лужайки, по тропкам, нас разбросало....
Мисс Ла Троб вышла из-за укрытия. Растекались, струились по траве, по гравию, собранные вместе ее волей - пока еще - зрители.==

Изощренность автора совершенно не видна, и ее осознание приходит потом - а так - июньский день 1939 года, постановка самодеятельной пьески в деревне, чаепитие на фоне пейзажа, любовь и ревность, воспоминания уже не умеющих ревновать стариков, готовящаяся грубо вторгнуться история и мелкая жизнь.

Там же, в шестом номере...

==По существу, вульгарный человек постоянно - но разными способами - совершает одну и ту же ошибку: дает прямое сообщение там, где следует использовать косвенное. Вместо прямого обозначения своего высокого социального статуса можно проявить, допустим, тонкий вкус или осведомленность в престижных видах досуга. Вместо роскошного костюма - позволить себе одну выразительную деталь. Вместо содержания конюшни скаковых лошадей - обсуждать со знанием дела достоинства и недостатки конских пород. Иными словами, лучше уметь пользоваться символическими играми обмена, не прибегая к лобовым приемам.

В заключение попробуем, используя метафорику энергии, определить вульгарность как особый, неэкономный способ распределять свою энергию. В английской культуре мы отмечали такое понятие, исторически сопутствующее “вульгарности”, как “affectation” (‘аффектация, претенциозность’). Его современная модификация - “ostentation”, (‘нарочитость, демонстративные жесты, хвастовство’). В обоих случаях речь идет о наигранности, афишировании каких-либо свойств или действий. Это неэкономная модель расходования внутренней энергии, форсированный выброс, который не подкреплен солидными внутренними ресурсами и оттого всегда связан с риском разоблачения и комизма... Если человек владеет культурой экономного расходования энергии, то он оставляет особое впечатление приятной “соразмерности” и “адекватности”, что, впрочем, вовсе не делает его незапоминающимся: напротив, одновременно возникает ощущение скрытой силы, властной тайны его личного обаяния, эротического шарма.

Резюмируем: в социальном плане вульгарность связана с незнанием кода поведения той или иной группы. Знание этого кода сообщает манерам естественность и, более того, позволяет чувствовать допустимую меру в нарушении приличий (чем и пользовались денди). Незнание, напротив, обрекает человека на подражательность и неловкость, искусственность, превышение меры во всем, что и трактуется как вульгарность.==

Взято отсюда http://magazines.russ.ru/inostran/2004/6/van7.html - эссе Ольги Вайнштейн про денди.